Интервью В список »
22.06.2012 / 07:09
Надежда Бирюкова
Точка кипения ферросплавов

Тема строительства Енисейского завода ферросплавов в Красноярске в последние годы стала одной из самых обсуждаемых в нашем регионе. Население в едином порыве забыло о протечках в ЖКХ, плохих дорогах и прочих язвенных болезнях нашей повседневности. Зато буйным цветом расцвела проблема экологии. И в апокалипсических картинах мрачного будущего виновным общество единогласно признало компанию-инвестора ЗАО «ЧЕК-СУ.ВК», которой принадлежит проект строительства ЕФЗ.

С легкой подачи «зеленых» и иных руководящих сил, инвесторов практически заглушили, и фраза «казнить, нельзя помиловать» в отношении компании «ЧЕК-СУ» сразу же зазвучала обвинительным приговором. А как же презумпция невиновности? Почему-то второй стороне – немногочисленным сторонникам проекта ферромарганцевого производства, понимающим всю уникальность и инновационность нового предприятия, – не дали слово в защиту.

Для того, чтобы конструктивный диалог бизнеса с населением Красноярска все-таки состоялся и не был похож на гневный монолог движения «Красноярск против!», мы предложили генеральному директору ЗАО «ЧЕК-СУ.ВК» Виктору Хроленко ответить на наиболее волнующие вопросы о планируемом строительстве Енисейского ферросплавного завода, рассказав о проекте все «за» и «против».

Начнем от печки

– Виктор Яковлевич, зачем отечественной металлургии нужен марганец?

– Давайте обратимся к истории, в Советском Союзе марганцевое производство было сосредоточено на территории Украины, Казахстана и Грузии. А в России были только разведанные марганцевые месторождения. На сегодняшний день львиную долю – 90% добытой марганцевой руды используют в черной металлургии. Она нужна для производства чугуна, высококачественных сталей и сплавов, которые потом используются во всех ведущих отраслях промышленности. Например, чтобы изготовить ковш экскаватора или железнодорожные стрелки необходимо в сталь добавить до 17% марганца, а чтобы произвести бытовой нож или гвозди требуется 2-3% марганца в стали.

Но есть одно «НО»: в настоящее время марганец не добывается ни на одном российском месторождении. У отечественной черной металлургии стопроцентная зависимость от импортного сырья! Если вдруг начнется экономическая блокада и прекратится ввоз марганца в Россию из-за рубежа, то придется остановить все производство стали. Так было в начале 90-х годов, когда все мощности по производству феррохрома и добыче хромовой руды остались в Казахстане. Возникла ситуация, при которой казахстанские поставщики отказались снабжать российских производителей феррохромом и хромовой рудой, в результате в России на некоторое время остановилось производство нержавеющей стали. Конфликт пришлось решать на межгосударственном уровне: президент Ельцин встречался с Назарбаевым и договаривался о снятии экономической блокады. Чтобы подобная ситуация не повторилась по марганцу, столь необходимому российской металлургии, лучше иметь свою базу на территории страны.

– И такую стратегическую базу решено создать на территории Сибири?

– В стране известны несколько месторождений с общим запасом примерно в 150 миллионов тонн руды: Полуночное, Усинское, Южно-Хинганское, Порожненское, Рогачево-Тайнинское и Северо-Тайнинское. Усинское месторождение в Кемеровской области – абсолютный лидер по утвержденным запасам. В его недрах таится почти 100 миллионов тонн марганцевой руды. В 2005 году наша компания «ЧЕК-СУ.ВК» получила лицензии на пользование недрами Усинского месторождения. И с этого начался проект.

– Как известно, проект компании задействует три региона Сибири: в Кемеровской области будут добывать марганцевую руду, в хакасском поселке Туим – отправлять сырье по железной дороге, а в Красноярске – производить ферромарганцевые сплавы. Поясните, почему именно Красноярск стал конечным звеном в этой производственной цепи? Не проще ли было сосредоточить производство в непосредственной близости от сырьевой базы, в Кемерово или под Новокузнецком?

– Дело в том, что в 2008 году мы начали поиск производственной площадки. Рассматривалось множество вариантов в районе Усинского месторождения, в том числе и под Новокузнецком. Губернатор Кемеровской области Аман Тулеев предлагал разместить ферромарганцевый завод в г. Юрга. Мы пригласили иностранных специалистов для оценки месторасположения имеющихся промплощадок. Выяснилось, что дорога, которая должна была связывать Усинское месторождение с потенциальными площадками в Кемеровской области, пройдет по территории природоохранного заказника федерального значения. Именно этот факт не позволил нам осуществить строительство завода в Кемеровской области.

Площадку на территории ООО «Крастяжмаш» нам предложили власти Красноярского края. Прежний губернатор Александр Хлопонин, при поддержке регионального правительства, агитировал компанию «ЧЕК-СУ» приобрести пустующие цеха экскаваторного завода. Наши эксперты провели оценку, и оказалось, что по многим параметрам производственные площади Крастяжмаша нам оптимально подходили.

Так, на пустующем предприятии достаточно свободных промышленных зданий с необходимой для металлургического производства высотной отметкой 30 метров. Есть готовая транспортная, топливно-энергетическая и инженерная инфраструктура. Несмотря на то, что завод находится в 11 км от Красноярска (что является несомненным плюсом для экологии города), он все-таки связан с ним развитой железнодорожной и автодорожной сетью, следовательно, не возникнет проблем с доставкой сотрудников на промплощадку. Кроме того, в Красноярском крае уже сложилась строительная и металлургическая индустрия, а значит – есть высококвалифицированные рабочие в данных областях. Мы бы имели возможность привлекать кадры с предприятий аналогичного профиля Западной Сибири и Урала, обучать и подготавливать молодых специалистов и рабочих-плавильщиков в ВУЗах металлургического профиля Сибири и технических колледжах города.

– Красноярцы уверены, что наш город выбран для дислокации Енисейского ферросплавного завода из-за дешевой электроэнергии…

– Безусловно, это один из главных плюсов Красноярска. Относительно дешевая электроэнергия позволит нам использовать новейшие электротермические печи и выйти на объем производства до 250 тыс. тонн ферросплавов в год. Мы сможем обеспечить почти треть потребности российского рынка в ферросплавах (отмечу, что ежегодно черная металлургия потребляет примерно 650 тыс. тонн марганцевых ферросплавов). Но для запуска проектных мощностей заводу необходимо несколько сот мегаватт электроэнергии! Восстановленные мощности Крастяжмаша составляют 504 МВт. Эти мощности до сих пор были не востребованы.

Хочу подчеркнуть, что без наличия электроэнергии невозможно строительство завода, поскольку в себестоимости ферросплавов около 30% составляет стоимость электроэнергии. Для примера: сегодня основной поставщик ферросплавов в Россию – Украина, так вот стоимость электроэнергии в Красноярском крае в 4,5 раза дешевле, чем в Украине! Представляете, сколько переплачивает российская промышленность, закупая импортное сырье?

– Вы сказали о новых электротермических печах, которые планируется установить на ЕФЗ. Значит ли это, что марганцевые ферросплавы будут производиться по какой-то инновационной технологии?

– Ферромарганец может производиться как в доменных печах, так и в рудовосстановительных электропечах. Однако, принимая во внимание невысокое качество руд Усинского месторождения, на ЕФЗ планируется использовать электропечное производство высокоуглеродистого ферромарганца с получением передельного шлака и силикомарганца. Этот способ имеет ряд преимуществ перед доменным производством: во-первых, при доменном производстве нельзя получить силикомарганец, который очень востребован сталепроизводителями; во-вторых, электротермическая технология позволяет максимально извлекать ведущий элемент – марганец в сплав; и самое главное – электропечное производство намного  чище доменного. Есть один лишь недостаток у электротермического производства ферросплавов – его высокое электропотребление.

Замечу, что все оборудование для Енисейского ферросплавного завода будет абсолютно новым, специально созданным для проекта на ведущих предприятиях Германии, Украины, России, Китая. На ЕФЗ будут внедрены все новейшие разработки, существующие в ферросплавном производстве.

Безопасный завод – опасная тема

– Виктор Яковлевич, защитники ЕФЗ подчеркивают уникальность этого проекта, а в чем она состоит?

– Проект ЕФЗ – это первая попытка снять импортную зависимость российских сталепроизводителей от импортных поставок марганцевых ферросплавов. Мы практически с нуля создаем вертикально интегрированный горно-металлургический холдинг, и не на базе готового производства, как это принято в последнее время у инвесторов, а полностью новое предприятие. Это так называемые длинные инвестиции, которые сейчас редкость. Инвесторам сегодня проще вложить в строительство торгового центра или в модернизацию уже действующего предприятия, а не в создание абсолютно нового металлургического завода. Причем мы хотим построить современное производство в соответствии с высочайшими экологическими стандартами, принятыми в Российской Федерации и Европе.

– Существуют ли аналоги подобного производства в России и мире?

– В России есть несколько заводов по производству доменного ферромарганца – в Тульской, Челябинской областях, но все они были построены еще в советское время. Сейчас предприятия вынуждены проводить модернизацию производства с учетом жестких экологических требований российского законодательства. Кроме того, все они работают на импортном сырье.

За рубежом аналоги ЕФЗ есть в Норвегии, Словении, Австралии, Америке. Эти предприятия работают по новейшим технологиям, которые будут применяться и на нашем заводе. Все они расположены в непосредственной близости от населенных пунктов: в Норвегии ферросплавный завод работает в полутора километрах от города, в Австралии – в природоохранной зоне, во Франции и Словении – рядом с горнолыжным курортом, в Америке – рядом с океаном. В западных странах удаленность подобных предприятий от города от 1,5 до 5 км.

– Енисейский ферросплавный завод повторит опыт продвинутых европейских предприятий?

– Я не устаю повторять, что техника шагает вперед. Для завода разработана уникальная проектная документация, будет закуплено передовое оборудование. Мы намерены установить на предприятии очистные сооружения и фильтры, которые будут производить очистку выбросов на 99%! Проектная стоимость газоочистки составляет порядка 30 млн долларов США.

Требования по экологической безопасности, изначально заложенные в проект, полностью соответствуют российскому законодательству, которое во многих частях более жесткое, чем в европейских странах. Так, российские законы в части экологии предусматривают увеличение штрафов за вредные выбросы в 100 раз! Если мы не будем придерживаться заявленных в проекте норм по выбросам, то компания «ЧЕК-СУ» просто разорится на штрафах.

– Долгое время цеха Крастяжмаша, в которых планируется запуск ферросплавного производства, были заморожены, что не могло не сказаться на их инженерно– техническом состоянии. Не будут ли опасные испарения уходить через щели и фрамуги, а не в трубу?

– Действительно, приобретенные цеха простаивали около 20 лет. Поэтому в 2009 году было проведено комплексное обследование строительных конструкций, и компания устранила все замечания. Как раз когда мы проводили ремонт цехов, общественность заподозрила нас в несогласованном запуске ферросплавного производства. Смею успокоить, мы просто приводили в порядок свою собственность. С октября 2011 года компания была вынуждена полностью прекратить все ремонтные работы на предприятии и перейти в стадию судебных разбирательств.

Что же касается ядовитых испарений. Учитывая то, что происходит реконструкция существующих цехов с размещением нового оборудования, то санитарное законодательство строго регламентирует запыленность на рабочих местах. Поскольку проектная документация получила положительное заключение ФАУ «Главгосэкспертизы России», требования санитарного законодательства не нарушаются. Современные технологии позволяют свести к минимуму вредное воздействие на здоровье сотрудников предприятия.

– Какие еще экспертизы были пройдены компанией «ЧЕК-СУ.ВК», чтобы подтвердить экологическую безопасность будущего производства?

– В соответствии со Строительным кодексом РФ для получения разрешения на строительство промышленных объектов необходимо получить заключение ФАУ «Главгосэкспертизы России» и правоустанавливающие документы на объекты и землю. Согласно ч. 6 ст. 49 Гражданского Кодекса РФ Енисейский ферросплавный завод не является объектом экологической экспертизы. Этот факт нашел свое подтверждение в решении Арбитражного суда Красноярского края от 30 марта 2012 г. Но мы пошли на встречу общественности и властям, и на сегодняшний день, помимо основополагающего разрешения Главгосэкспертизы, нами получены положительные заключения Управления Роспотребнадзора по Красноярскому краю и профильных ведомств, занимающихся проблемами гигиены и профессиональных заболеваний, Сибирского отделения РАН.

В результате документарной проверки от 24 января 2012 г. территориальное управление Роспотребнадзора сообщило, что промышленная площадка под строительство Енисейского ферросплавного завода располагается на значительном расстоянии от Красноярска (11 км), что позволяет исключить вредное воздействие предприятия на среду обитания населения города. Результаты санитарно-эпидемиологической экспертизы Роспотребнадзора подтверждают – нарушения санитарного законодательства РФ нет. Влияние ЕФЗ на экологию будет ограничено санитарно-защитной зоной, которая составляет 1 км.

– Но если проверяющие экспертные ведомства в один голос подтверждают безопасность завода, откуда берутся «страшные истории» про первый класс опасности ферромарганцевого производства?

– Необходимо внести ясность в терминологию. У марганца согласно ГОСТу третий класс опасности, а его соединения относятся ко второму классу. Таким образом, класс опасности завода определяют не выбросы, а необходимость работы с расплавами металлов и сплавов. Согласно федеральному закону «О промышленной безопасности опасных производственных объектов» Енисейский ферросплавный завод относится к категории опасных производственных объектов на основании того, что в процессе работы «получаются расплавы черных и цветных металлов и сплавы на основе этих расплавов».

Действительно, по СанПиНу производство ферросплавов относится к 1 классу опасности. Для рабочих, которые стоят у ковша в 10 м. от печки, это производство представляет 1-ый класс опасности. Если отключить все очистные фильтры и стоять по колено в шламовой пыли, дышать неочищенными выбросами завода, тогда это будет 1-ый класс опасности. Но, еще раз подчеркну, на ЕФЗ будут применяться фильтроматериалы немецких производителей, которые используются, например, на ферросплавных предприятиях Норвегии.

– Но все же, Виктор Яковлевич, компания «ЧЕК-СУ» готова принять дополнительные меры по обеспечению экологической безопасности на предприятии и вокруг него?

– Месяцев 5-6 назад главный санитарный врач России Геннадий Онищенко отправил в Правительство Красноярского края перечень пяти профильных институтов, которые могли бы провести еще одну независимую экспертизу проекта ЕФЗ. Мы готовы на любые дополнительные экспертные оценки экологической безопасности нашего предприятия: от независимых российских до международных. Несмотря на то, что по проекту выбросы ЕФЗ составят всего 1%, мы готовы добровольно на собственные средства установить станции контроля и датчики-анализаторы на выхлопные трубы предприятия. Кроме того, чтобы у населения города была возможность в режиме он-лайн отслеживать реальную экологическую обстановку вокруг завода, можно установить по городу мониторы, передающие информацию с датчиков. Российское законодательство пока этого не требует, но компания готова пойти на все возможные методы контроля над экологией, которые позволят обществу успокоиться. Более того, эти меры в области экологической безопасности могут стать началом для разработки системы общественного контроля над выбросами не только нашего предприятия, но и других промышленных объектов Красноярска.

Сегодня «ЧЕК-СУ» сделали виновником всех экологических бед Красноярского края, свалив все на предприятие, которое существует только в проекте. Тем временем, по данным Роспотребнадзора, в 2010 году общий объем выбросов стационарных предприятий в г. Красноярске составил порядка 122 тыс. тонн в год! Автомобильный транспорт произвел за год порядка 406 тыс. тонн выхлопных газов! Для сравнения: общий объем выбросов, который ЕФЗ планирует осуществлять в случае реализации проекта, составит около 4 тыс. тонн в год, что составляет менее 1% от той цифры, которую я вам назвал!

Как видите, нам нечего скрывать и мы готовы к любому разумному решению! Мы хотим, чтобы методы контроля над деятельностью завода и методы освещения проблемы ЕФЗ были объективными.

Кто сплавил завод ферросплавов

– Договор о намерениях между ЗАО «ЧЕК-СУ.ВК» и администрацией Красноярского края был подписан еще в 2008 году, в 2009 году проект строительства ЕФЗ включают в Стратегию развития металлургической промышленности России до 2020 года. Получается, что 3-4 года назад и администрация края, и Правительство РФ поддерживало строительство ЕФЗ. Чем же, по Вашему мнению, реально вызван сегодняшний отказ от данного инвестиционного проекта практически всех чиновников, которые поначалу давали свое одобрение?

– Прежде всего, хочу заметить, что администрация Красноярского края нарушила соглашение, подписанное в 2008 году на Красноярском экономическом форуме. Согласно документу, правительство региона обязывалось оказывать содействие компании в реализации проекта, помогать во взаимоотношениях с органами государственной власти РФ и Красноярского края, органами местного самоуправления, предприятиями и организациями разных форм собственности, расположенными на территории региона, а также содействовать компании ЗАО «ЧЕК-СУ.ВК» при подготовке разрешительной документации, необходимой для реализации проекта. Это то, что было положено на бумагу.

В реальности случилось вот что: в апреле 2011 года мы опубликовали в двух газетах Емельяновского района объявления о том, что компания готова инициировать проведение публичных слушаний по вопросу строительства Енисейского завода ферросплавов. На что был получен письменный ответ от районной администрации: подобные публичные слушания не целесообразны. В октябре 2011 года, когда появились первые протестные движения, два представителя нашей компании посетили Красноярский край. В правительстве им сказали, что «ЧЕК-СУ» пока не нужно заявлять о себе в газетах и на телевидении, якобы, тема ЕФЗ сама по себе «утилизируется».

После этого мы вновь провели переговоры с правительством Красноярского края. Нам дали ясно понять, что необходимо приостановить проект на время выборов. Сначала были выборы в Госдуму, потом – президентские, недавно выбирали мэра Красноярска, а в декабре опять выборы – в местный Горсовет. Проект ЕФЗ попросту стал разменной монетой для политических партий, которые на теме экологии начали самопиариться.

Понятно, что политтехнологи, которые готовили предвыборные кампании кандидатов, выбрали самую болезненную тему для жителей города. Общественность и без того была обеспокоена состоянием экологии в г. Красноярске и Красноярском крае. По нашему мнению, социальное напряжение, вызванное планами строительства завода, является следствием недостаточной информированности жителей города о планируемом производстве, а также распространением заведомо ложной информации о возможных последствиях реализации проекта строительства ЕФЗ. С нашей точки зрения, такая позиция региональных властей противоречит здравому смыслу устоявшихся взаимоотношений бизнеса и власти и наносит непоправимый вред инвестиционной привлекательности региона.

– Помимо политической подоплеки, существуют версии, что строительство ЕФЗ на территории Красноярска мешает, во-первых, девелоперам и рантье, которые уже нарезали и распродали земли вокруг «Крастяжмаша» под коттеджные поселки, во-вторых, металлургическим компаниям, которые не поделили нишу в метбизнесе. Как Вы относитесь к подобным версиям и где, по-Вашему, правда?

– Действительно, существует много версий на тему: «Кто заказал «ЧЕК-СУ.ВК», – и каждая из них находит то или иное подтверждение. На сегодняшний день абсолютно очевидно, что движение «Красноярск против!» хорошо организовано и профинансировано. Кампания, развернутая в интернете, показывает, что при ее реализации широко использованы PR-технологии, направленные на формирование негативного мнения.

Мы были крайне удивлены количеством и объемом выведенных из оборота в 2009-2011 годах земель сельскохозяйственного назначения, находящихся на территории Шуваевского сельсовета Емельяновского района. Именно в эти годы, когда уже было известно о проекте ЕФЗ, в непосредственной близости от уже существующей промышленной площадки были организованы многочисленные дачные товарищества и коттеджные поселки. В местных газетах можно отследить стремительное повышение цен на земельные участки в этой местности: так, цена земель при выводе из сельхозоборота составляла примерно 150-180 рублей за сотку, а сейчас сотка земли, например, в поселке Шарье, расположенном вблизи Крастяжмаша, стоит 70-80 тысяч рублей!

Очевидно, что версия про заинтересованность девелоперов наиболее вероятна. Определенно прослеживается связь между инициаторами движения против строительства ЕФЗ и девелоперами, которые перевели земли сельхозназначения в другую категорию и собираются строить коттеджные поселки. Определенный круг лиц, обманывая население, считает свои узкие интересы выше государственных и ставит под угрозу реализацию проекта, столь необходимого стране.

Что касается версии о притязаниях крупных металлургических компаний на площади Крастяжмаша: на территории завода есть непроданные цеха. Проблема в том, что принятые недавно Шуваевским сельсоветом правила землепользования и застройки значительно ограничили выбор инвесторов. Согласно этому документу, на территории района могут размещаться только предприятия 3-4 класса опасности, тогда как любое металлургическое производство имеет 1-2 класс опасности. Цеха Крастяжмаша с высотной отметкой более 27 метров предназначены именно под металлургию, поскольку предприятия 3-4 класса опасности попросту не смогут обеспечить отопление огромных цехов в зимний период. Так что эти пустующие площади Шуваевский сельсовет своим решением фактически похоронил.

Странная тенденция наблюдается: в Красноярском крае, где каждый политик и общественник ратует за развитие промышленности и внедрение инноваций, на деле происходит уничтожение перспективных площадок, на которых эта промышленность могла бы развиваться.

Дело государственной важности

– Виктор Яковлевич, дело ЕФЗ давно вышло за рамки региональной проблемы. Так, при Правительстве РФ создана рабочая группа для рассмотрения проблемы строительства ферросплавного завода. Есть ли уже какие-то результаты в работе комиссии?

– С самого начала мы были готовы обсуждать проект с любой экспертной группой, будь то рабочая комиссия при Законодательном Собрании Красноярского края или при Федеральном Правительстве. Рабочая группа, которая была создана при региональном парламенте по инициативе председателя Заксобрания Александра Усса, давно стала нерабочим инструментом. Мы изначально предполагали, что в рамках этой комиссии эксперты в области экологии, технологий производства ферросплавов, здравоохранения будут обсуждать все «за» и «против» нашего проекта, а уже потом их компетентное мнение будет вынесено на общественные слушания. Но нашим экспертам не разрешили участвовать в работе региональной группы, площадку для конструктивной дискуссии не предоставили.

В первых числах июля завершит проверку рабочая группа при Правительстве РФ, в которую вошли несколько федеральных министерств и ведомств: Минпромторг России, Минприроды России, Минздравсоцразвития России, Минрегион России, Росприроднадзор России и Роспотребнадзор России. Также органы исполнительной власти Красноярского края, Кемеровской области, Республики Хакасия, представители Внешэкономбанка и ЗАО «ЧЕК-СУ.ВК». Мы надеемся, что деятельность правительственной рабочей группы позволит эффективно реализовать существующее экологическое законодательство РФ и, соответственно, соблюсти конституционные права граждан Красноярского края в процессе осуществления проекта строительства Енисейского ферросплавного завода, а также создаст благоприятную обстановку для дальнейшего привлечения инвестиций в регион в рамках других проектов.

– После многочисленных переносов общественных слушаний в Красноярске 22 июня они все-таки состоятся. Какие аргументы в защиту строительства ЕФЗ готова привести компания «ЧЕК-СУ.ВК»?

– Замечу, что Законодательное собрание Красноярского края уже назначало публичные слушания по нашему проекту на февраль 2012 года. И своим же постановлением от 9 февраля, по сути, отменило их, отказав не только нам, инвесторам ЕФЗ, но и населению края в возможности конструктивного диалога. Слушания, которые пройдут 22 июня, стали возможны после принятия закона Красноярского края от 19 апреля 2012 года «О внесении изменений в закон края «Об охране окружающей среды в Красноярском крае». На наш взгляд, указанный порядок проведения общественных слушаний путем опроса граждан не позволит осуществить достоверный учет результатов выявления мнения населения. Но, несмотря на это, мы примем в них участие и постараемся за 10 минут, отведенные нам на выступление, довести до общественности все положительные доводы реализации проекта ЕФЗ.

Хочется подчеркнуть, что противники развития проекта дезинформировали население Красноярска, организовали сбор подписей против какого-то «ядовитого» завода, каким ЕФЗ не является. Мы тоже против ядовитых производств, поэтому и вкладываем значительные средства в экологию. Количество планируемых выбросов ЕФЗ, как я уже упоминал ранее, будет составлять менее 1% от существующего в настоящее время совокупного объема выбросов в Красноярске. Очевидно, если в городе кто-то на самом деле хочет улучшить экологическую обстановку, ему следует начинать с тех предприятий, чье воздействие на здоровье населения и окружающую среду превышает действующие нормы.

На общественных слушаниях наш призыв будет такой: необходимо провести независимую экологическую экспертизу проекта строительства Енисейского ферросплавного завода с участием международных специалистов. Мнение независимых экспертов необходимо оценить и нашим специалистам, и вашим. А после можно вновь вернуться к общественным слушаниям и объективно, спокойно и взвешенно довести до населения Красноярска результаты независимой экспертизы.

Если же этот вариант граждан не устроит, то мы продолжим работать в правовом поле. Мы заинтересованы в строительстве ЕФЗ по существующему проекту. Ситуация вокруг него сложилась не простая, но факт остается фактом: компания участвует в арбитражном процессе, в котором мы оспариваем законность отказа в будущем строительстве ЕФЗ администрацией Емельяновского района. Кроме того, мы будем дожидаться решения рабочей группы при Правительстве РФ и арбитражного суда Красноярского края.

Итоги проведения общественных слушаний, согласно закону, носят рекомендательный характер. Мы, безусловно, прислушаемся к населению, если будут приведены аргументированные и законодательно обоснованные доводы, указаны ошибки в разработке проектной документации и технологии производства. Не надо забывать, что в общий проект, включающий развитие горно-металлургического холдинга в трех субъектах РФ, уже вложено 7,37 млрд рублей за счет средств ВЭБ. Это не маленький частный бизнес, а приоритетный проект развития российской металлургии.

Справка «ВС»

Согласно оценкам Всероссийского института экономики минерального сырья и недропользования РАН, Россия не располагает достаточными источниками марганцевого сырья. Минэкономики России оценивает потребность в товарной марганцевой руде (на 2005 год) в 3 млн тонн. Такой потребности соответствует добыча сырой руды на уровне примерно 7-7,5 млн тонн в год. Для того чтобы обеспечить такую добычу при сроке службы предприятия не менее 30 лет, необходимы месторождения с суммарными разведанными запасами не менее 200 млн тонн. Половину потребности металлургической отрасли могли бы закрыть запасы Усинского месторождения марганца, которые оцениваются в 100 млн тонн.

Бюджет инвестиционного проекта «Енисейский ферросплавный завод» составляет более 10 млрд рублей. Красноярский край приобретает более 10 тысяч совокупных рабочих мест и около 900 млн рублей в год дополнительных отчислений в бюджет не только после запуска ЕФЗ, но также в период строительства. Прямой и косвенный социально-экономический эффект проекта очевиден.

Просмотров: 13867


Голосов:
1

Комментариев: 0

Поделиться